Афантазия не помешала работе пространственной памяти

У людей, которые плохо составляют мыслительные образы без внешней стимуляции, пространственная память все равно работает нормально. Это выяснили американские ученые, которые попросили 61 человека с афантазией нарисовать по памяти несколько комнат, показанных до этого на фотографии. Несмотря на то, что участники хуже контрольной группы воссоздавали предметы и детали изображения, расположение объектов давалось им так же хорошо. Причиной может быть то, что люди с афантазией полагаются на символьную, а не на визуальную репрезентацию пространства. Статья опубликована в журнале Cortex.

Людям с афантазией, то есть неспособностью составлять мыслительные образы без внешней стимуляции (как зрительной, так и слуховой или даже обонятельной), может быть трудно не только фантазировать (например, представлять розовую лошадь или зеленый апельсин), но и представлять то, что они уже переживали. По крайней мере, исследования показывают, что при афантазии наблюдаются проблемы с эпизодической памятью: людям может быть сложно как извлекать целые воспоминания, так и некоторые детали о них.

Человеческая память, однако, не ограничивается одной способностью хранить и извлекать воспоминания о событиях, но о том, как афантазия влияет на другие ее аспекты, известно не так много. Восполнить эти знания решили ученые под руководством Уильмы Бейнбридж (Wilma Bainbridge) из Чикагского университета: в частности, они решили проверить, как афантазия будет влиять на способность запоминать отдельные сцены в деталях.

В исследовании ученых приняли участие 61 человек с афантазией и 62 добровольца из контрольной группы с нормальной способностью составления мыслительных образов: перед началом исследования все участники прошли стандартизированный опросник, который позволяет оценить яркость составляемых мыслительных образов. Во время самого эксперимента участникам в течение 10 секунд показывали фотографию одной из трех комнат, а затем, в течение неограниченного времени, просили по памяти нарисовать ее.

После этого участникам показывали набор фотографий — либо с той же комнатой, либо с другими — и просили ответить, видели ли они эту комнату до этого. Затем изначальную фотографию комнаты показывали еще раз — и просили срисовать ее также в течение неограниченного времени (фотографию при этом не убирали, и участники могли все время смотреть на нее во время выполнения задания). После этого у участников также спросили, насколько хорошо они умеют рисовать (между группами не обнаружили никакой разницы). Весь эксперимент занял примерно полчаса.

Всего ученым удалось собрать 655 рисунков, которые отдали на проверку 2795 пользователем краудсорсинговой платформы Amazon Mechanical Turk. Им необходимо было оценить получившиеся рисунки по четырем параметрам: количеству объектов, срисованных с оригинальной фотографии, их расположению на рисунке, количеству правильно переданных деталей изображения (например, форме или цвету) и количеству объектов, которых не было на оригинальной фотографии.

При рисовании комнат по памяти участники из контрольной группы переносили на изображение значительно (p = 0,013) больше предметов с реальной фотографии, чем участники из группы с афантазией, а также тратили на рисунок меньше времени. При этом при срисовывания с фотографии никакой значимой разницы между группами не наблюдалось — ни в количестве срисованных объектов, ни в потраченном на рисунок времени.

При этом участникам в обеих группах одинаково хорошо удавалось перенести расположение объектов на реальной фотографии при ее рисовании по памяти, а участники из контрольной группы чаще пририсовывали несуществующие предметы (p = 0,0011).

Используемые изображения и получившиеся рисунки, нарисованные по памяти или срисованные с фотографии. Low/high memory указывает на количество деталей, которые участники в каждой из групп смогли воссоздать

Авторы работы пришли к выводу, что, несмотря на то, что семантическая (а точнее — объектная) память у людей с афантазией работает чуть хуже, чем у людей с нормальной способностью к составлению визуальных образов, их пространственная память работает так же хорошо. Другими словами, люди с афантазией хуже восстанавливают детали увиденного, но примерное расположение предметов в пространстве запомнить могут.
Интересно, что участники с афантазией также чаще людей из контрольной группы подписывали объекты на срисованных по памяти изображениях (p = 0,0059), что указывает на то, что при запоминании они полагаются на символьную, а не на визуальную репрезентацию. Это может объяснить то, почему пространственная память у людей с афантазией работает лучше объектной: по всей видимости, для запоминания объектов в пространстве они используют их названия, что помогает запомнить расположение, но может вызвать проблемы с деталями.

На способность запоминать какую-либо информацию влияет не только то, может ли человек составить визуальный образ. Свою роль играют и многие другие факторы, например — выделенность (салиентность) объектов: например, недавно ученые показали, что в лабиринте люди лучше всего запоминают местоположение самой калорийной пищи даже в том случае, если она им не очень нравится.

Елизавета Ивтушок

https://nplus1.ru/

Предыдущая запись Лавровый лист: процедуры для волос и проблемной кожи
Следующая запись Как вернуть жену: десять ошибок, которых нужно избегать

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы отправить комментарий, разрешите сбор ваших персональных данных .
Политика конфиденциальности